\

Валентин Красногоров

 

 

 

 

 

 

 

Мы никогда не ссоримся

 

Пьеса в одном действии

 

 

ВНИМАНИЕ! Все авторские права на пьесу защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается ее издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, помещение спектаклей по ней в интернет, экранизация, перевод на иностранные языки, внесение изменений в текст пьесы при постановке (в том числе изменение названия)  без письменного разрешения автора.

 

 

 

 

 

 

 

 

Полные тексты всех пьес, рецензии, список постановок

 

  

 

Контакты:

Тел.       +7-951-689-3-689

               (972)-53-527-4146, (972) 53-52-741-42

e-mail:   valentin.krasnogorov@gmail.com         

 

Cайт: http://krasnogorov.com/

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Валентин Красногоров

 

 

 

АННОТАЦИЯ

Муж и жена размышляют о кризисе, к которому пришел их брак. Пьеса входит в цикл одноактных пьес «Прелести измены». 1 мужская роль, 1 женская, интерьер.

 

 

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

 

В этой пьесе, так же как и в другой  пьесе цикла «Прелестей измены» («Визит молодой дамы»), широко применяются «реплики в сторону» («апарты»). Прием à part в течение нескольких веков активно использовался в драматургии, но в последнее столетие стал считаться архаичным. Между тем, если придать ему новый смысл и новые формы, он может звучать очень современно, открывая драме новые возможности. Подтекст переходит в скрытый текст, диалог становится поединком не только слов, но и мыслей, что заставляет актеров искать новые способы сценического существования.

 

 

 

 

 

 

 

 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

 

МУЖ

ЖЕНА

 

 

 

 

 

 

 


 

 

Квартира МУЖА и ЖЕНЫ. ЖЕНА гладит белье. Звонок. ЖЕНА открывает Мужу дверь.

 

МУЖ. (Непринужденно.) Привет, родная. (Чмокает Жену в щеку.) 

ЖЕНА. Здравствуй, дорогой.

МУЖ. Какие новости?

ЖЕНА. Все, как всегда.

МУЖ. (В сторону.) Пудру я стряхнул, духи смыл, вино заел кофейными зернами – кажется, она ничего не заметила.

ЖЕНА. (В сторону.) Пудру он стряхнул, духи смыл, вино заел кофейными зернами и думает, что я ничего не заметила.

МУЖ. Дети спят?

ЖЕНА. (С чуть подчеркнутым упреком.) Давно.

МУЖ. (Смущенно.) Понимаешь, немного задержался на работе…

ЖЕНА. «Немного»?

МУЖ. К нам нагрянул инспектор из управления… (В сторону.) Почему жены вечно чем-нибудь недовольны?

ЖЕНА. (В сторону.) Он слишком оживлен.

МУЖ. … И нам пришлось срочно утрясать кучу вопросов.

ЖЕНА. (В сторону.) Как он добросовестно врет.

МУЖ. (В сторону.) Хорошо, что я заранее продумал свою версию. (Жене.) Ты не представляешь, как я устал.

ЖЕНА. Представляю.

МУЖ. (В сторону.) Я действительно устал.

ЖЕНА. Голоден?

МУЖ. Как волк.

ЖЕНА. Тогда садись,поужинай. (Начинает накрывать на стол.)

МУЖ. Правда, мы пили кофе…

ЖЕНА. Только кофе?

МУЖ. Может, и не только кофе… (В сторону.) Она, кажется, что-то подозревает. Что ж, поменяем версию.

ЖЕНА. Может, вы не только пили?

МУЖ. Да, конечно. Мы еще и закусывали.

ЖЕНА. Кто это «мы»?

МУЖ. Я же тебе объясняю – инспектор из Управления.

ЖЕНА. (В сторону.) Он смотрит мне прямо в глаза.

МУЖ. (В сторону.) Вся штука в том, что она и есть инспектор из Управления. Специально приехала, чтобы провести со мной денек-другой.

ЖЕНА. Если вы закусывали, почему ты голоден, как волк?

МУЖ. Я разве это говорил?

ЖЕНА. Только что.

МУЖ. Ты меня не так поняла. Или я оговорился. Я устал, как волк.

ЖЕНА. Устают, как собаки. Вот я, например, устала, как собака.

МУЖ. А я – как волк.

ЖЕНА. Так подавать ужин или нет?

МУЖ. Ну… Пожалуй, дай что-нибудь.

ЖЕНА. (В сторону.) За версту видно, что он темнит. Когда ему нечего скрывать, он просто молча садится за ужин и не вешает лапшу на уши.

Слышны звуки фортепиано. МУЖ поднимает голову.

МУЖ. (Глядя вверх.) Соседка все играет?

ЖЕНА. Все играет. Пока муж не придет. Так ты будешь есть или нет?

МУЖ. Пожалуй, нет. (В сторону.) Мы с ней – как персонажи анекдота, до того банального, что даже не смешного.

ЖЕНА. (Начиная накрывать на стол.) Ну, рассказывай.

МУЖ. О чем?

ЖЕНА. Где ты был?

МУЖ. Я же тебе в который раз объясняю – задержались на работе, потом пошли посидеть в одно место…

ЖЕНА. Куда именно?

МУЖ. Какая тебе разница?

ЖЕНА. Просто я хочу знать правду. (В сторону.) Зачем мне правда? Я вовсе не хочу знать ее. Пока я ничего не знаю, не надо стоять перед выбором. Пока ничего не произнесено вслух, ничего не произошло. Да и зачем мне знать, где, с кем и как он провел эти часы, что он ей говорил и как она его ласкала? Нет-нет, он просто выпивал с приятелями. Или даже с этим инспектором. Обычное дело. Надо держать себя в руках. Больше ни одного вопроса. (Мужу.) Так где же ты все-таки был?

МУЖ. Я тебя не совсем понимаю. (В сторону.) Чего я действительно не понимаю, это как получилось, что я, в общем-то неглупый и серьезный человек, уважаемый работник, вдруг играю роль шута. Почему я должен что-то объяснять, что-то придумывать, в чем-то оправдываться?

ЖЕНА. Я жду.

МУЖ. Чего?

ЖЕНА. Твоих объяснений. (В сторону.) Я все-таки не могу удержаться от допроса. И все нелепое самолюбие. Я, видишь ли, гордая. Я не хочу, чтобы они надо мной смеялись. Пусть не думают, что меня можно так легко обмануть…. Неужели эти никчемные доводы имеют надо мной больше власти, чем забота о семье и детях? А вдруг он в самом деле возьмет и выложит правду – эту проклятую правду, которую я вовсе не хочу услышать?

МУЖ. (В сторону.) А что, если взять да и врезать ей все как есть? Хочешь, мол, правды - пожалуйста, кушай на здоровье. Был с такой-то, занимался с ней…сама знаешь, чем. Мне все настолько офонарело, что хуже уже не будет. В конце концов, надо себя поставить. Пусть знает свое место. Что хочу, то и делаю. Ведь не уйдет же она от меня. Вот сейчас подойду к ней и скажу. (Подходит к Жене.) Где я был? Посидел немножко в ресторане. Какие тебе еще нужны объяснения? (В сторону.) Несчастный трус.

ЖЕНА. (Режет хлеб.) Ладно, оставим этот разговор. (Снова принимается гладить, время от времени бросая взгляды на Мужа.  В сторону.) Он улыбается… Наверное, вспоминает об ее поцелуях… Мне его убить хочется. (Как завороженная, с поднятым в руке yj;jv делает несколько шагов в сторону Мужа.)

МУЖ. (Он действительно улыбается, но улыбка его невесела. В сторону.) Помню, когда мне было лет пять, в деревне, где мы были на даче, в полутемном сарае мальчишки отчаянно кидались с высокой-высокой перекладины вниз, на сено. Я был меньше всех и сам прыгать боялся. Поэтому я забирался на перекладину и ждал, когда меня кто-нибудь подтолкнет…. (Улыбка на его лице гаснет.) Видимо, я и сейчас жду, чтобы меня кто-нибудь подтолкнул.

ЖЕНА. (Опомнившись, опускает нож и отходит от Мужа.) А с кем ты был в ресторане?

МУЖ. (В сторону.) Опять.

ЖЕНА. (В сторону.) Опять. Все-таки не удержалась. Ну что я за дура?

МУЖ. С кем? (В сторону.) Чего я боюсь? Куда она от меня денется с двумя детьми? Вот сейчас трахну кулаком по столу и скажу (яростно кричит – «в сторону»): «Хочешь знать, где я был? С бабой! В номере гостиницы! И ничуть не жалею, понятно? А будешь цепляться, завтра еще пойду. Пойду и не вернусь, ясно?

          (Жене, терпеливо.) «С кем, с кем»…Я же тебе сказал – с инспектором из Управления. Компанейский мужик. Не знаешь, что сегодня по телевизору?

ЖЕНА. Не знаю. Ты бы мог позвать его к нам домой.

МУЖ. Я так и сделал, но он застеснялся.

ЖЕНА. Я что-то не пойму – то он компанейский, то стеснительный… (Остановившись против Мужа, задумчиво рассматривает его, как будто видит его в первый раз. В ее взгляде сквозит некоторое недоумение. В сторону.) Что заставляет меня держаться за этого человека? Любовь? Не надо лгать самой себе. Привычка? Нет, скорее всего, вечная проклятая боязнь женщины остаться одной. (Ставит на стол закуски.) Лучше быть кухаркой, домработницей, вьючной лошадью, но при ком-то, чем свободным человеком, но одной. Само слово «одна» похоже на тайный порок. Оно как клеймо, как свидетельство второсортности… Хоть бы узнать, кто она…

          (Мужу.) Что этот инспектор из себя представляет? Раньше о нем и слуху не было, а теперь приезжает чуть ли не каждую неделю.

МУЖ. (Неохотно.) Инспектор как инспектор… (В сторону.) Зачем тебе знать, кто она, что она и на сколько лет тебя моложе или старше? Это ничему не поможет.

ЖЕНА. (В сторону.) Интересно, что он в ней нашел.

МУЖ. (В сторону.) Она вовсе не лучше тебя, не умнее и не красивее. Единственное ее преимущество – новизна. Она не вся еще разгадана, не до конца исчерпана. У нее еще не накопились ко мне претензии, не застарели обиды. Мы и хотим-то друг от друга немногого и потому легко это даем: немножко развлечения, немножко тепла… И просто, и позарез нужно.

ЖЕНА. А как его зовут?

МУЖ. Кого?

ЖЕНА. Инспектора.

МУЖ. Почему он так тебя интересует? (Снимает пиджак и галстук.) Пожалуй, я есть небуду. Поставь лучше чаю.

ЖЕНА. Хорошо. (В сторону.) Я нагоняю на него такую тоску, что завтра он снова побежит к ней, даже если не собирался. (Начинает убирать со стола.) Надо вести себя как-то иначе, но у меня нет сил себя сдерживать. (Мужу.) Завтра снова задержишься?

МУЖ. Завтра?.. Нет, завтра, пожалуй, приду вовремя. (В сторону.) Постараюсь встретиться с ней днем.

ЖЕНА. Как он изолгался! Как он вообще изменился! И как я изменилась! Стала сухой, скучной, нудной… (Подходит к зеркалу.) И как постарела! Вдруг он действительно оставит меня и уйдет к ней? Все, что нами создано - семья, немудреный уют, круг друзей – все в тартарары?

МУЖ. (В сторону.) Я знаю, тебя больше всего пугает, что я на ней женюсь. Но этого не будет, даже если бы я очень захотел. Хотя бы потому, что у нее уже есть муж, с которым она вовсе не собирается разводиться. Более того, она к нему, кажется, привязана, хоть он ей и порядочно надоел. Одно другого не исключает. (Стаскивает ботинки.)

ЖЕНА. (В сторону.) Если бы знать, когда он говорит правду, а когда нет.

МУЖ. (В сторону.) Но самое главное – я вовсе не собираюсь снова жениться. (Надевает шлепанцы.) Мужчина – свободный охотник, брак – это не для него. (Уютно располагается на диване.) Женщины созданы для того, чтобы быть замужними, мужчины – чтобы быть холостыми. В этом вся проблема. Брак противоречит нашей биологической сущности. Эта истина не нова, но каждый доходит до нее только своим умом. Вернее, познает на своей шкуре. Яблоневый цвет не может стать яблоком благодаря советам и поучениям. Яблоко созревает само. Теперь пришла и моя очередь. Я созрел.

ЖЕНА. (В сторону.) Почему-то вспомнилось, как он признавался мне в любви. Было это не весной, и не при соловьях, а в холодную зимнюю ночь, где-то за городом. Мы шли среди черных елей по белой-белой дороге, залитой лунным светом… Он держал меня за руку и нес что-то невообразимо бессвязное, запинаясь на каждом слове… Наконец, он замолчал и вдруг выпалил: «Я тебя люблю». Глупо, старомодно и чудесно… Меня сразу в жар бросило…

Музыка наверху резко обрывается.

МУЖ. (Бросив взгляд наверх.) Наигралась.

ЖЕНА. Это муж пришел.

МУЖ. (В сторону.) Да, я теперь поумнел. Беда только в том, что умнеем мы слишком поздно, когда все ошибки, которые можно было совершить, уже совершены. Теперь у меня уже лысина, невроз, печень и семейное счастье. Назад хода нет. (Жене, яростно.) Я, кажется, просил чаю!

ЖЕНА. Уже заварила. (В сторону.) Как часто без всякого повода он начинает на меня кричать. Откуда только в нем берется эта злоба? И почему так внезапно?

Сверху слышен шум и звон разбивающейся посуды.

МУЖ. Что, у них опять свара?

ЖЕНА. Вероятно. (Ставит на стол чашки и сахар.) Мы так и не договорили.

МУЖ. О чем?

ЖЕНА. Ты собирался рассказать, как провел вечер.

МУЖ. (В сторону.) Рассказать или не рассказать? Я уже решил, что бояться мне, вроде бы, нечего. Правда, будут слезы, стоны, упреки и все такое… И вообще, неизвестно, чем это кончится…

ЖЕНА. (Разливает чай. В сторону.) Пора высунуть голову из-под крыла и перестать увиливать от неизбежного. Захочет уйти – пусть уходит. В конце концов, для меня это вопрос удобства и самолюбия, не больше. Переживу.

МУЖ. (В сторону.) Я знаю, чего я боюсь. Она, конечно, никуда не денется, это верно, но и мне тоже, если уж честно, деваться некуда. А совместная жизнь от моих признаний слаще не станет. Сейчас в наших отношениях трещинка, хоть, скажем прямо, и широковатая…. А будет пропасть. Ее уж не заделаешь и через нее не перепрыгнешь…

ЖЕНА. (В сторону.) Кто знает, может, моя личная жизнь еще и не кончена. А если и кончена, то она все равно уже кончена. Надо держаться достойно. Надо вспомнить, что я женщина. Надо выползти из этой норы и оглядеться вокруг.

МУЖ. (В сторону.) Ну, допустим, я все ей выложу. Какой с этого будет прок? До сих пор только я задерживался на работе, а завтра, глядишь, начнет задерживаться и она…. Хотя бы назло мне. Вот, совсем недавно, на дне рождения, к ней этот очкарик вязался… Что тогда?

ЖЕНА. (В сторону.) Если бы знать, о чем он сейчас думает…

МУЖ. (В сторону.) Что тогда? Мне, в общем-то, все равно – пусть спит, с кем хочет… Но все же наш семейный союз это не украсит. И, кроме того,  мне не все равно.

Сверху слышатся стоны и сдавленные рыдания. МУЖ прислушивается.

          Я не пойму – он ее бьет, что ли?

ЖЕНА. Не знаю. (Мужу.)  Что ты все молчишь? (В сторону.) Сейчас он скажет, что ему не о чем со мной говорить.

МУЖ. (Пожимая плечами.) О чем мне говорить?

ЖЕНА. Разве не о чем? Ведь тебя не было целый день.

МУЖ. (В сторону.) Все время бьет в одну точку. Можно подумать, что очень по мне скучала. (Жене.)  Можно подумать, что ты по мне очень скучала.

ЖЕНА. (В сторону.) Каждый вечер он не знает, о чем со мной говорить. (Мужу.) Ты каждый вечер не знаешь, о чем со мной говорить.

МУЖ. (В сторону.) Потому что разговоры давно потеряли смысл.

ЖЕНА. (В сторону.) Его даже совесть не мучает.

МУЖ. (В сторону.) Разговорами делу не поможешь. Вот, сегодня я ей, что называется, изменил и не испытываю никаких угрызений совести. Если человеку холодно дома, он имеет право согреться в другом месте. Но разве есть смысл выяснять на эту тему отношения? Я спрошу тебя – почему ты так холодна, почему неласкова? А ты в ответ зевнешь и скажешь: «Ну что ты, я очень ласкова. Опять забыла соли купить, ты не сбегаешь в магазин?»

ЖЕНА. (В сторону.) Неужели мы так и будем молчать?

МУЖ. (В сторону.) А что, если взять и поговорить по-человечески? Ведь не может же так продолжаться вечно… (Жене.)  Послушай…

ЖЕНА. (Встрепенувшись.) Да?

МУЖ. (Помолчав.) Нет, ничего. (Берет газету.)

ЖЕНА. (В сторону, горько.) Мне нужно так немного – два-три ласковых слова, зернышко внимания, капельку искренности… А он – «ничего». (Порывисто бросается к Мужу и трясет его за плечи – однако, слова ее звучат все еще «в сторону».) Ты слышишь? (Кричит.) Почему ты чужой?

МУЖ. (Откладывает газету.) Опять ничего интересного. Газеты стали кошмарно скучными. Только пугают нас и портят настроение… Ты что-то хотела мне сказать?

ЖЕНА. Да. Я только что вспомнила: сейчас к нам придут гости.

МУЖ. Кто?

ЖЕНА. Соседи сверху.

МУЖ. (Взглянув наверх, потом  на часы и покачав головой.) Так поздно? Зачем?

ЖЕНА. Просто так. Они говорят, что отдыхают у нас душой.

МУЖ. (Со вздохом поднимается и надевает галстук.) Они все так же без конца цапаются?

ЖЕНА. Да, все так же. (Убирает белье и утюг, поправляет прическу.)

МУЖ. А мы с тобой почти никогда не ссоримся.

ЖЕНА. Да, мы с тобой почти не ссоримся. (Ставит на стол вино и цветы.)

Звонок в дверь. МУЖ обнимает ЖЕНУ за плечи. На их лицах появляются жизнерадостные улыбки.

МУЖ. (Бодро.) Заходите, открыто!

 

 

Конец